Дворкин в русском переводе

Этот журнал был открыт с целью собрать в одном месте все существующие на данный момент любительские переводы статей Андреа Дворкин.

Материалы взяты из открытых источников, находящихся в свободном доступе сети интернет, и предназначены для ознакомления. Все права на них принадлежат правообладателям.

1997 - Жизнь и смерть: Записки о непрекращающейся войне против женщин
ЭКСТРЕННЫЕ СИТУАЦИИ

СОПРОТИВЛЕНИЕ

1988 - Письма из зоны военных действий
ПРЕДИСЛОВИЕ

I. ВЕРНУТЬ СЕБЕ НОЧЬ

II. СЛОВА

III. ВЕРНУТЬ СЕБЕ ДЕНЬ
Феминистский взгляд на Саудовскую Аравию
Выживание избитой жены
Обычная правдивая история
Биологическое превосходство: самая опасная и смертельная идея в мире
Экономика пола: ужасающая правда
Посмотри-ка, Дик. Видишь, как Джейн терпит поражение?
Феминизм: повестка
Маргарет Папандреу: американская феминистка в Греции
Я хочу двадцать четыре часа перемирия, когда не произойдет ни одного изнасилования
Насилие над женщинами: разбивает сердца и ломает кости

IV. НОВЫЙ ТЕРРОРИЗМ

ЭПИЛОГ

ПОСЛЕСЛОВИЕ

1987 - Cношение
Часть первая: СНОШЕНИЕ В МИРЕ, СОЗДАННОМ МУЖЧИНАМИ

1983 - Женщины правого крыла: Политика одомашненных женщин
Скачать перевод глав 1-3 «Женщин правого крыла» в pdf-формате

1. Обещание крайне правых (выпущены стр. 23-31)
2. Политика ума (выпущены стр. 40-43)
3. Аборты
5. Грядущий гиноцид (стр. 167-188)

1981 - Порнография: Мужчины обладают женщинами
1. Власть (Отрывок, стр. 13-24)
2. Мужчины и мальчики
3. Маркиз де Сад (1740-1814)

1976 - Наша кровь: пророчества и беседы о сексуальной политике
Электронные версии книги на русском языке можно найти здесь.

Предисловие
Феминизм, искусство и моя мать Сильвия
Отвергая сексуальное «равенство»
Вспоминая ведьм
Жестокость изнасилования и парень по соседству
Сексуальная политика страха и смелости
Новое определение ненасилия
Новое определение ненасилия (отрывок, стр. 69-72, перевод Елизаветы Мороз)
Лесбийская гордость
Наша кровь: рабство женщин в Америке
Первопричина

1974 - Ненависть к женщинам: Радикальный взгляд на сексуальность
Часть 1 «ДЕТСКИЕ СКАЗКИ»

Часть 3 «ЕЕ ИСТОРИЯ»

Статьи
Дорогие Билл и Хиллари (опубликована в The Guardian 29 января 1998 г.)
Ненависть к женщинам: справа и слева (опубликована в сборнике "Sexual Liberals and the Attack on Feminism")

Дворкин на английском:
Для тех, кто хорошо знает английский:

- по этой ссылке можно найти полное собрание сочинений Дворкин в формате pdf;

- здесь находится аудиоархив выступлений Дворкин;

- фильм о борьбе Андреа Дворкин против порнографии.
Видео с субтитрами на русском языке можно найти здесь.

Женщины правого крыла — Глава 5. Грядущий гиноцид

Перевод части главы (стр. 167-188) "The Coming Gynocide" из книги "Right-wing Women: The Politics of Domesticated Women"
Сердечно благодарю caballo_marino за редакторскую правку.




И в то же время есть одиночество, которое каждый из нас всегда носит внутри, недосягаемее обледенелых горных вершин, глубже полуночного моря — одиночество своего «я». Та внутренняя часть, что мы зовем собою, недоступная ни взгляду, ни руке человека или ангела. Хранимая тщательнее, чем пещеры гнома, святилище оракула, или потаенная комната элевсинских мистерий, входить в которую дозволено лишь самому божеству: такова внутренняя жизнь человека. Кто, спрашиваю я, возьмет — осмелится взять — на себя права, обязанности, ответственность другой человеческой души?

— Речь Элизабет Кэйди Стэнтон, 18 января 1892 г


На свете нет того, что зовется любовью. Женщины — желтолицые. Женщины — враги. Отродье вроде коммунистов, узкоглазых и хиппья. Мы маршируем на тренировку по рукопашному бою. Блинтон улыбается, дразнит нас и горланит детский стишок: «Выжить хочешь – не робей, будь сильней, быстрей и злей». Мы повторяем распев: “силь-ней, быс-трей и-злей”. Мы все рифмуем.

— Тим О’Брайен «Если я умру на поле боя»


Социальный контроль и сексуальное использование женщин производится в рамках двух парадигм: модели публичного дома и модели фермерского хозяйства.

Первая относится к проституции в узком значении слова: женщины, собранные вместе для сексуального использования; женщины с однозначно нерепродуктивной — почти антирепродуктивной — функцией; сексуальные животные в разгар течки или, по крайней мере, имитирующие желание: они выставляют себя с целью привлечь самца, они расхаживают или позируют с целью привлечь самца. Фермерская модель описывает материнство: мужчины как класс оплодотворяют женщин и собирают с них урожай; назначение этих женщин — приносить плоды, подобно садовым деревьям; их роль варьируется от высоко ценимых коров до паршивых собачонок, от породистых кобыл до изможденных вьючных животных.

Эти два антипода женского удела различны и противоположны друг другу только в теории и на поверхностный взгляд. Нелишним будет отметить, что различными и противоположными их объявили мужчины. Эта ложь повторяется так часто, что откладывается в сознании, и в конце концов становится легче бездумно повторять заученную сказку, чем разглядеть стоящую за ней реальность. Однако она может показаться точным описанием ситуации только если смотреть на нее мужскими глазами — то есть принять мужские определения как действий, так и женщин, задействованных в этих моделях. В жизни женщин (а стало быть, с женской точки зрения) эти состояния сосуществуют и пересекаются, подкрепляя действенность друг друга. Любая женщина может быть проституткой и матерью, проституткой и женой (потенциальной матерью), сначала одной, затем другой в произвольном порядке; любая женщина может жить во власти обеих моделей потребления. Если говорить о статистических тенденциях, то большинство женщин становится матерями, меньшая часть — проститутками.
Collapse )

Ненависть к женщинам: справа и слева

Перевод статьи "Women-Hating Right and Left" из сборника «Sexual liberals and the attack on feminism" под редакцией Дорчен Лайдтхолд и Дженис Реймондс.

Перевод: Сара Бендер. Оригинал перевода можно найти здесь.


Прошло много времени с тех пор как мы в последний раз собирались вместе, чтобы поговорить о том, что понимаем под феминизмом и почему борьба за свободу женщин для нас значима настолько, что мы посвящаем ей всю жизнь. Не три часа в субботу днем; не письмо туда или сюда от случая к случаю; не возмущенное «О боже, ты это серьёзно?!». Мы действительно не считаем наши жизни незначительной мелочью. Да, представьте себе. Как не считаем мелочью и преступления против нас. А это значит, что мы добились феноменального прогресса в понимании того, что мы — человеческие существа, у которых есть права на этой планете; что никто не может лишать нас этих прав; и что мы страдаем от систематического подчинения, от систематического сексуального насилия, которому нас подвергают. И мы организуемся политически, чтобы дать отпор и заново перестроить общество, в котором живём.

Я считаю, что мы, как феминистки, видим проблемы, которых другие не замечают. Или, точнее, правые и левые явно не понимают, чего добиваются феминистки. Феминистки пытаются уничтожить половую, расовую и экономическую иерархию, в которой женщины измучены и бесправны; в которой общество приветствует жестокость в отношении нас и отказывает нам в телесной неприкосновенности и достойной жизни.

Но это не та проблема, которая могла бы заинтересовать левых. Вы, наверное, и сами это заметили. А правые вовсе не считают её проблемой. Правые пока еще не успели назвать проблему неважной по примеру левых, которые всегда в авангарде. И поскольку они в авангарде, то на виду и их позиция: «Да, проблема есть. Просто она не так уж важна». Правые же, эти динозавры, просто отрицают, что она существует. И нам предлагается выбирать между ними.

Итак, мы, феминистки, смотрим на общество, в котором живём, и пытаемся понять, как бороться с мужской властью. Чтобы понять как победить её, мы должны выяснить, как она организована, как работает. Как она выживает? На чем основана? Как самовоспроизводится?
Collapse )

Наша кровь — Первопричина

Перевод первой части главы "The Root Cause" из книги Our Blood: Prophecies and Discourses on Sexual Politics.

Перевод: Инна Крамер, редакторская правка: Александра Сорочкина. Оригинал перевода можно найти здесь.


«А наиболее достойны познания первоначала и причины, ибо через них и на их основе познается все остальное…»

— Аристотель, «Метафизика», книга 1

Сегодня я поведу разговор о том, что реально, и том, что возможно. Реальность неоспорима и неумолима; мир возможностей же порой представляется нам, откровенно говоря, невозможным. Хочу вам напомнить, что в былые времена люди считали, что Земля плоская. На этом убеждении зиждилась вся земная навигация и картография. Я называю это «убеждением», однако для тех времен это было реальностью — единственно возможной реальностью. Реальностью оно стало, потому что все верили в его истинность; и все верили в его истинность, потому что таким оно и казалось. Земля выглядела плоской; не случалось такого, чтобы на горизонте она не оканчивалась краем, с которого можно было бы упасть. И люди решили, что где-нибудь обязательно должен быть край, за которым — ничего. Границы их воображения были очерчены рамками чувственного восприятия, ограниченного природой и воспитанием, и восприятие подсказывало, что Земля — плоская. Этот принцип реальности существовал не только в теории — он определял порядок жизни. Корабли не отправлялись в слишком дальние путешествия, потому что никому не хотелось уплыть за край света; никому не хотелось погибнуть ужасной смертью от такого безумного и глупого поступка. Членов общества, для которых мореплавание было основой жизни, мысль о такой судьбе повергала в самый настоящий ужас.

Но, как гласит история, однажды человек по имени Христофор Колумб вообразил, что Земля — круглая. Он вообразил, что можно доплыть до Дальнего Востока, держа путь всегда на запад. Мы не знаем, как эта идея родилась в его голове; но однажды задумавшись об этом, он уже не смог позабыть. Долгое время до его встречи с королевой Изабеллой никто не желал прислушаться к нему или задуматься над его идеей — ведь, очевидно, он был сумасшедшим. У кого достанет безумия спорить с тем, что Земля — плоская? Однако сейчас, глядя на фотографии Земли, снятые из космоса, мы уже и не вспоминаем о том, что когда-то каждый на ней живуший верил в то, что Земля — плоская.
Collapse )

Наша кровь — Наша кровь: рабство женщин в Америке — часть вторая

Перевод второй части главы "Our Blood: The Slavery of Women in Amerika" из книги Our Blood: Prophecies and Discourses on Sexual Politics.

Перевод: Анна Носова, редакторская правка: Инна Крамер. Оригинал перевода можно найти здесь.

Перейти к началу главы


Сейчас многие полагают, что изменения в обществе происходят вследствие нематериальных процессов: они описывают социальные перемены как результат научно-технического прогресса или рисуют грандиозные картины противобортства абстрактных сил. Но, как мне кажется, мы, женщины, знаем, что бесплотных процессов не существует; что всю историю порождает человеческая плоть; что все угнетение совершает одно тело над другим; что все общественные перемены построены на костях и мускулах и из плоти и крови создающих их людей.

И такими людьми были сестры Гримке из Чарлстона в Южной Каролине. Сара, рожденная в 1792 году, была шестой из четырнадцати детей. Анджелина, рожденная в 1805, — последней. Их отцом был богатый адвокат, владевший множеством черных рабов.

С малолетства Сара протестовала против своего статуса леди и против вездесущего ужаса черного рабства. С ранних лет она мечтала стать адвокатессой, но возмущенный отец, хотевший только, чтобы она танцевала, флиртовала и вышла замуж, запретил ей получать образование. «Для меня учеба была страстью, — позже писала она. — Природе моей отказывали в надлежащем питании, сбивали ее с курса, ломали ее стремления». В юности Сара добросовестно бросала вызов закону южных штатов, который запрещал учить рабов грамоте. Она давала уроки чтения в воскресной школе для рабов, пока ее отец не узнал об этом; и даже после этого она все еще обучала свою служанку. «Гасился свет, — писала она, — заслонялась замочная скважина, и, лежа на животах перед камином, с букварем перед глазами, мы бросали вызов законам Южной Каролины». В итоге об этом тоже стало известно, и, зная, что служанку высекут за последующие нарушения, Сара прекратила уроки.

В 1821 году Сара покинула юг и отправилась в Филадельфию. Она отреклась от епископальной религии своей семьи и стала квакеркой.
Collapse )

Наша кровь — Наша кровь: рабство женщин в Америке — часть первая

Перевод первой части главы "Our Blood: The Slavery of Women in Amerika" из книги Our Blood: Prophecies and Discourses on Sexual Politics.

Перевод: Анна Носова, редакторская правка: Инна Крамер. Оригинал перевода можно найти здесь.


Памяти Сары Гримке (1792-1873) и Анджелины Гримке (1805-1879)

(1)

Во вступлении к «Феликсу Холту» (1866) Джордж Элиот написала:

«… много на свете безмолвных страданий; звуки, возбуждающие сердечную агонию, частенько бывают заглушены в общем хоре стремглав летящей жизни; взгляды ненависти, поражающие в самое сердце, не вызывают воплей о помощи, — есть воровства, лишающие человека навеки спокойствия и веселья и однако тщательно хранимые в тайне самим пострадавшим, — эти страдания не выливаются в других звуках, кроме ночного стона, не выражаются другими письменами, кроме тех, которые запечатлевают на челе страдальца длинные месяцы затаенного отчаяния и подавленных слез. Не одно наследованное горе, разбившее светлые надежды молодой жизни, осталось навеки тайной, неповеданной человеческому слуху…»

Сегодня я хочу поговорить с вами о «наследованном горе» женщин земли Американской, горе, которое омрачило миллионы миллионов человеческих жизней, горе, которое осталось «тайной, неповеданной человеческому слуху», и о горестях, которые были услышаны, но забыты.
Collapse )

Наша кровь — Лесбийская гордость

Перевод главы "Lesbian Pride" из книги Our Blood: Prophecies and Discourses on Sexual Politics.

Перевод: Инна Крамер, редакторская правка: Анна Носова. Оригинал перевода можно найти здесь.


Для меня лесбийство значит три вещи.

Первое — я люблю, ценю и уважаю женщин каждой клеткой своего тела. Эта любовь к женщинам есть почва, в которой моя жизнь пустила корни, почва нашей каждодневной жизни вместе. Эта почва дала мне жизнь — в любой иной я бы давно зачахла. Всякой своей силой я обязана власти и страсти этой целительной любви.

Второе — лесбийство значит эротическую страсть, рожденную осязанием и вкусом, дикую, соленую нежность, сладкий влажный пот, наши груди, наши губы, наши вульвы, наши переплетенные волосы. Я говорю о чувственной страсти, что глубже и загадочнее морских вод, мощнее и нерушимее горных склонов, упорнее и изменчивее ветра.

Третье — лесбийство значит память о матери, пережившую года в клетках моего собственного тела, память, что я с упоением искала, нашла и воздвигла на пьедестал. Память о матке, в которой мы были едины с нашими матерями, пока рождение не развело нас порознь. И в лесбийстве мы возвращаемся в этот укромный уголок внутри нее, внутри самих себя, к родным тканям и мембранам, к водам и крови.
Collapse )

Наша кровь — Новое определение ненасилия

Перевод главы "Redefining Nonviolence" из книги Our Blood: Prophecies and Discourses on Sexual Politics.

Перевод: Александра Синица, редакторская правка: Инна Крамер. Оригинал перевода можно найти здесь.


… и в конце концов мое сердце снова перевернется, повернется плохой стороной наружу, хорошей вовнутрь, и опять я буду беспрестанно искать средство, как мне стать такой, какой мне бы очень хотелось быть и какой бы я могла быть, если бы… в мире не было других людей.
— Анна Франк, «Убежище. Дневник в письмах», 1 августа, за три дня до ее ареста

(1)


Феминизм, согласно The Random House Dictionary, — это «доктрина, выступающая за уравнивание социальных и политических прав женщин с правами мужчин». Это один из основных принципов феминизма, и я прошу вас не насмехаться над ним, не высмеивать его как реформистский, не отвергать в приступе того, что вам кажется борьбой за идеологическую чистоту левого крыла.

Некоторые из вас всеми сердцем и душой боролись за гражданские права для черных. Вы поняли, что в том, чтобы сидеть за грязным прилавком и обедать тухлым гамбургером, нет совершенного ничего революционного, — и вы также поняли унижение, унижение из унижений, заключающееся в невозможности сделать даже это. И потому вы, и другие такие же как вы, положили свои жизни на то, чтобы черные не были вынуждены страдать от систематических ежедневных унижений исключения из институтов, которые вы на самом деле не поддерживали. За все годы существования движения за гражданские права я никогда не слышала, чтобы белый мужчина-радикал сказал черному: «Почему ты хочешь есть там, ведь есть кашу дома гораздо лучше?» Было понятно, что расизм — гнойная патология и что эта патология должна быть оспорена везде, где бы ни появлялись ее жуткие симптомы: для проверки развития самой патологии; для уменьшения ее пагубного воздействия на ее жертв; для спасения жизней черных, по одной, если это необходимо, пострадавших от расистской системы, осуждающей тех, кто живет в горькой нищете.
Collapse )

Наша кровь — Сексуальная политика страха и смелости

Перевод главы "Sexual Politics of Fear and Courage" из книги "Our Blood: Prophecies and Discourses on Sexual Politics".

Перевод: Алма Малофеева, редакторская правка: Анна Носова. Оригинал перевода можно найти здесь.



Моей матери

(1)

Хочу поговорить с вами о страхе и смелости — что они такое, как соотносятся друг с другом и какое место занимают в жизни женщины.

Когда я размышляла, что же мне сказать, я подумала, что могу поведать несколько историй из жизни очень храбрых женщин. У меня таких много, и они очень вдохновляют меня, и я думала, они могут вдохновить и вас. Но, пусть эти истории и дарят нам чувство коллективной гордости, они также заставляют нас мистифицировать отдельные проявления смелости и боготворить тех, кто ее проявил: мы говорим «о да, эта женщина поступила так, но я бы не смогла», «она необычная женщина, а я не такая». И я попыталась обдумать идею страха и смелости в другом ключе, аналитическом и политическом.

Я постараюсь обрисовать для вас сексуальную политику страха и смелости, где страх — выученная черта феминности, а смелость — красный символ маскулинности.
Collapse )

Наша кровь — Жестокость изнасилования и парень по соседству — часть вторая

Перевод первой части главы "The Rape Atrocity and the Boy Next Door" из книги "Our Blood: Prophecies and Discourses on Sexual Politics".
Перевод: Александра Синица и Алма Малофеева, редакторская правка: Алма Малофеева. Оригинал перевода можно найти здесь.


Перейти к началу главы


Кто же становится жертвами изнасилований? Женщины — любого класса, расы, образа жизни и возраста. Большинство изнасилований внутрирасовые: белые мужчины насилуют белых женщин, черные мужчины насилуют черных женщин. Самой молодой жертвой запротоколированного изнасилования была двухнедельная младеница. Самой старой — девяностотрехлетняя женщина. Привожу показания женщины, которую изнасиловали в почтенном возрасте.

Изнасилование — не теоретический вопрос для пишущей эти строки: не так давно (4 июня 1971 года) она, в свои поздние пятьдесят, стала частью растущей армии жертв изнасилования. Насильник разбил окно и влез в него, применил силу, сжимая руки на ее горле до синяков, а также ограбил ее.

Все эти обстоятельства тут же убедили полицию, что было совершено преступление (А также помогло то, что она была старой и непривлекательной сексуально…)

Прошло два или три дня, когда прошел шок, и суть произошедшего дошла до нее в полной мере. Она сильно сдала, и даже спустя почти три года не может восстановиться. Полиция сказала, что ей повезло, что ее не убили. Но в ее голове засел безответный вопрос. Простое убийство не сопряжено с ужасом, оскорбительным насилием над личностью, унижением, опустошительным посягательством на чужое достоинство и ощущением грязи на теле, которую не отмыть даже спустя время. И уж конечно оно не выльется в годы тревожного сна, когда просыпаешься от каждого звука; ощущение холодного пота от каждого шороха во тьме; покалывание сердца от грубого мужского голоса; ужасную застывшую перед глазами картину двух огромных мускулистых рук, сдавивших ее горло, и бурчащего голоса, обещающего убить ее, если она будет сопротивляться или кричать; невыносимую воображаемую сцену, как ее найдут на полу ее собственного дома, полуголую, мертвую, с неприлично раздвинутыми ногами.
Чему она радовалась, так тому, что все произошло под конец ее жизни. Какой пыткой должно стать для молодой женщины жить с этими воспоминаниями пятьдесят лет! Сердце этой старой женщины с ними.

Collapse )